Huis, по-голландски -- дом (продолжение)

Глава 4. Торг с открытым домом.

Тем же вечером к нам домой пришла эффектная женщина по имени Луиза Яхер (Охотница), представитель одной из компаний с одинаковым веб-дизайном. Проявляла неподдельный интерес (который я умело разжигал, подсовывая ей ненароком листочки с расчетами на бланках конкурентов -- рынок есть рынок, согласилась со мной она) к моей финансовой ситуации и нелегкой судьбе иностранца, прикидывала, сможет ли она добыть ипотеку по цене лучшей, чем у Харперта, считала на огромном калькуляторе, цифры которого видны среднему пенсионеру с любой дистанции, короче -- старалась как могла, но под конец все ж осталась непреклонна -- постоянный вид на жительство ей просто необходим, а без него денег никто не даст. Ты же, говорит, его скоро получишь, вот тогда и позвони. Да ну ее, подумали мы, когда она ушла, не знает она что завтра нам уже Нико звонить будет и начнется захватывающая дух и леденящая кровь торговля, а ипотеку нам уж Харперт как-нибудь устроит, 99%-то -- это вам не хухры-мухры!

Нико позвонил дня через два и с прискорбием сообщил, что противная сторона считает нашу ставку (240 тыщ) слишком, видите-ли, низкой, и, не дав мне опомниться, тут же предложил (как все-таки люди выкладываются за относительно скромное вознаграждение!) блестящую идею -- предложить 245 тысяч. Расчет был, как уже догадался сметливый читатель, привыкший опережать телевизионных знатоков на 50 полновесных секунд, что продающая сторона не сможет противиться очевидному акту доброй воли с нашей стороны и скинет десятку, как минимум. Я, верный своему принципу не делать за него свою работу, согласился с этим безупречным предложением. Нико завтра же (завтра же, читатель, завтра! -- просто дух захватывает от этих голландских скоростей) позвонит противной стороне, и будет держать меня в курсе.

Через три дня я позвонил Нике сам -- надвигались выходные с ежегодно проводимым днем открытого дома, когда каждый может, не договариваясь заранее (невозможный обычно для Голландии расклад) прийти и посмотреть выставленный на продажу дом. Мы с Джамилей уже мысленно видели толпы и очереди посетителей, готовых отслюнявить, не торгуясь, полную сумму исстрадавшимся владельцам и увести таким образом дом с садом и грушей из под самого нашего носа (вот она, эмоциональная привязанность, предсказанная дальновиднейшим Харпертом Холткампом). Нико, сказал я в телефонную трубку, я волнуюсь. Дом уйдет. Давай торговаться дальше. Тем более, я завтра иду к ипотекарю, мне надо примерную стоимость дома знать. Хорошо, отвечает Колян, они мне как раз позвонили, предложили продать за 260. Покупаем? Как же так, Колян, говорю я, а как же наши 250? Вот и я, честно признался Дельфинов, считаю дороговато, да ведь? Потому, продолжил мой стряпчий, предлагаю поднять до 250. (Хитер, ведь, как хитер бестия!). Угу, говорю, давай, ответил я и стал пересчитывать стоимость ипотеки для дома стоимостью 255 тысяч.

Huis,по голландски -- дом (продолжение)

Глава 3. Колян

Харперт, помимо всего, дал еще один дельный совет -- нанять маклера для покупки дома. Я его вначале не понял, говорю, я уже видел маклера, того который дом продает, его хозяева дома наняли, а мне то зачем -- я лучше сам дом выберу и куплю, без посредников, благо вся информация доступна через интернет. -- Информация, отвечает, доступна, а опыт -- нет. Ты, говорит, можешь быть эмоционально привязан к выбранному дому, и маклер-продавец, как профессионал, может это использовать, чтобы на тебя давить и продать тебе дом подороже. А если ты наймешь такого же профессионала, то у тебя большой шанс, что он скинет порядочную сумму. Хорошо, говорю, а сколько стоит такой профессионал? -- От 995 до полутора тыщ, говорит. Давай, говорю, за 995.

Маклера за 995 звали Нико Долфяйн, по-русски -- Колян Дельфинов, значит. Вместе с ним мы пошли еще раз смотреть дом (один раз мы уже сходили без него), он постоянно что-то невнятно бубнил, показывал, приподнимал там и заглядывал здесь и вообще всячески обращал наше внимание на всевозможные недостатки дома (в том числе и мнимые, например -- Что вы скажете, говорит, о таком цветовом решении ванной? -- Специфичный вкус, не правда ли? Не каждому понравится. Или -- О, дерево посреди сада, неудобно, листья падают, их убирать надо), так что маклер продавец только значительно покашливал и крякал, и потом, когда мы вышли из дома и стали в сторонке для приватного обсуждения покупательской стратегии, он гордо так нас спросил -- ну что, теперь вы, наверное, много чего увидели, чего в первый раз не заметили в доме-то? -- Мы с готовностью кивнули -- это была первая фраза, которую мы разобрали в его голландской каше. Для нас важнее было, на сколько он пообещает скинуть -- оказалось, как мы и предполагали, до 250 Колян считал вполне реальным. То есть он завтра позвонит маклеру и скажет, что больше чем за 240 мы его не купим, те день подумают и чуть-чуть скинут, мы сочтем их предложение безусловно интересным и чуть-чуть поднимем, и сойдемся недели через две в итоге на 250. Я подумал, что тогда, по идее, надо с 231 начинать, но подумал, что нечего мне за 995 евров-то ему еще и советы давать, и согласился. Колян обещал завтра же начать торговаться.

продолжение следует...

Новый дом, каким он был до нас

Сухие цифры

В Голландии людей много, а земли -- и домов -- мало. Поэтому жилье, особенно в густо-населенной части, стоит достаточно дорого. В 2001 мы снимали одно-комнатную квартиру за 760, что-ль, гульденов -- примерно 320 евро, что после Москвы, где за двухкомнатную не так уж далеко от метро пр-т Вернадского мы платили что-то вроде 150 баксов. Потом выяснилось, что в той квартире жить с детьми не положено, и я столкнулся нос к носу с суровым капитализмом -- агенства за квартиру, пригодную, по их мнению для жилья семьи из трех человек, предлагали квартиры начиная от 1000 евро, что при зарплате аспиранта 1600 евров чистыми, мы себе позволить не могли. Поиски были нелегкие, и помогла случайность, в результате которой мы еще год прожили в настоящем голландском доме с огромными потолками и ледяной спальней за 600 евров. Фотографии выкладывались раньше, надо поискать.

Спустя еще год стало хотеться чего-нибудь более просторного, личного, со шкафами и духовкой. В итоге мы переехали в четырехкомнатную квартиру, где и живем до сих пор. Стоила тогда -- 615 евров, сейчас -- 705 -- в Голландии есть закон, что хозяин квартиры не может поднимать цену больше чем на 3% в год, так что все ровно на 3% и поднимают.

Huis, по-голландски -- дом

Предисловие

Родных моих и близких постоянно терзала мысль, что деньги за кватиру, которую мы снимаем (сухие цифры -- здесь), уходят в никуда. Пробовали они терзать этой мыслью и меня, дескать давай мы в России что-нибудь продадим, а ты в Голландии что-нибудь купишь. Так как тогда в России цены еще не взлетели до таких заоблачных высот как ныне, то я говорил, что во-первых, какие-нибудь 20 тысяч не помогут купить что-нибудь большее сарайчика для велосипеда, и что надо брать ипотечный кредит, и что, во-вторых, в 2002 году, поставленный в почти безвыходное положение, я рассматривал вариант покупки жилья, но встретил два серьёзных препятствия -- кредит дают при наличии постоянного контракта (у меня его тогда не было) при наличии гражданства или постоянного вида на жительства (нету и сейчас, как и контракта, впрочем) и максимум в размере четырех с половиной годовых окладов брутто, что в моем аспирантском случае расширяло поиск жилья с сараев для велосипедов на гаражи с пристройкой для кроликов. Так что думать об этом еще рано, говорил я, не надо ничего продавать в России, по крайней мере, пока у меня нет постоянного вида на жительство, для которого тут необходимо прожить пять лет. Даже и не думайте, говорил всем.

Ну и сам не думал.

Глава 1. Начало.

Гуляли мы в конце солнечного сентября по живописным окрестностям, наслаждались глобальным потеплением, как вдруг невдалеке от нашего дома Дж заприметила столбик с надписью "Продается" рядом с маленьким таким, уютным домиком. "Ах, -говорит Джамиля, - какой чудесный домик, может давай узнаем, сколько он стоит." -Даже не думай, отвечаю, у меня еще постоянной карточки нет. "Ты же подал на нее, когда она прийти должна?" - В конце октября, говорю, крайний срок. "Может посмотрим, интересно ведь, сколько такой может стоить." - Ну давай говорю, я в интернете место знаю, где посмотреть можно. А сам думаю, посмотрим, все равно мне столько не дадут кредита.

Дома посмотрели -- 269 тыщ. Значит, чтобы купить, надо кредит брать еще больше -- налог с продаж, еще на что-нибудь, говорят, десять процентов прибавить надо.

Джамиля говорит, да что тут гадать, ты сходи куда надо, и узнай все, дадут или не дадут. Ну я смалодушничал, и пошел.

Глава 2. Харперт дает добро.

Пошел я вначале в интернет, где получил как и категоричные отказы, советавшие начать зарабатывать побольше и/или обзавестись гражданством, так и вполне радужные прогнозы от сомнительных организаций с одинаковым веб-дизайном. И все предлагали встретиться, поговорить. Я щелкнул на паре-тройке сайтов, ага давай встретимся, а сам пошел встречаться и говорить с друзьями, которые, как сговорились и понапокупали себе жилья в кредит в 2007 году.

Друзья дали ответ простой -- могут дать, а могут и не дать, иди к ипотекарям, поговори, или сразу в банк, чтобы без посредников. Но я подумал, что лучше к ипотекарю, а еще лучше к нескольким и сравнить, тем более что те, что с одинаковым дизайном, уже в тот же вечер позвонили домой, спрашивали про доходы и планы на будущее и обещали без проблем 330 тыщ на 30 лет под минимальные проценты, и им даже удалось напроситься ко мне домой. Так что я на следующий день поехал и напросился на встречу с ипотекарем, который так и назвался -- De hypotheker.

Ипотекарь оказался моего возраста приятным голландцем по имени Харперт, не похожим на уже ставшим привычным тип активного и слегка туповатого менеджера. Так как я накануне еще раз прошерстил интернет и убедился, что желаегомо размера кредита мне не видать, я пришел подготовленный -- с таблицей на ноутбуке, из которой выходило, что платить я могу примерно столько же, сколько я плачу за квартиру с мастерской вместе, и еще и остаться в выигрыше через десять лет, когда продам этот дом. Цель моя была убедить его, что дать мне кредит -- это самая естественная мысль, какая может прийти в голову. Харперт с интересом посмотрел на мои цифирки и сказал -- что ж, говорит, моя работа убеждать людей брать кредит, так как я получаю проценты от банка с каждого клиента, а ты мою работу уже сделал, говорит. Я, говорит, убежден, тебе надо дом покупать. Тут то я и говорю, что мол, абсолютно согласен, да вот карточки у меня постоянной пока нет, но я ее скоро получить должен. А Харперт мне -- нет проблем, есть банки, которые на это особенно не смотрят. Иди, говорит, принеси бумагу от работодателя, что он тебя и дальше собирается экплуатировать, и тогда мы запрос в банк пошлем, и 99% процентов, что банк согласится.

продолжение следует...